=рассылка *Христианское просвещение*=

Милость и мир от Бога, Отца нашего и Господа Иисуса Христа! (Рим.1:7)

Тема выпуска:
Литургия: таинство собрания (2)

Продолжение темы Евхаристии. Начало см. в выпуске N1-012.


Автор: по книге: протопресв. Александр Шмеман "Евхаристия: Таинство Царства", гл. 1 (www.krotov.info/libr_min/25_sh/shme/man_29.html)

1. ТАИНСТВО СОБРАНИЯ

Когда вы собираетесь в Церковь...
(1Кор.11:18)

II

Изучение чина Евхаристии «не может не убедить нас в том, что чин этот весь, от начала до конца, построен на принципе соотносительности, т.е. зависимости друг от друга служений предстоятеля и народа. Еще точнее связь эту можно определить как сослужение», как это сделал о. Николай Афанасьев в замечательной работе "Трапеза Господня". (В школьном богословии и порожденном им литургическом благочестии идея эта не играет никакой роли и фактически отрицается. Слово "сослужение" применяется только к духовенству, участвующему в службе, что же касается мирян, то их участие мыслится всецело пассивным. Об этом свидетельствуют, например, печатающиеся в некоторых молитвословах "молитвы при Божественной Литургии", предназначенные специально для мирян. Составители их считали, по-видимому, самоочевидным, что евхаристические молитвы суть удел одного лишь духовенства. Даже в грамотных и благонамеренных учебниках литургики, как, например, "Евхаристия" покойного архим. Киприана Керна, при перечислении условий, необходимых для служения Литургии, упоминается обычно всё  —  от законно рукоположенного иерея вплоть до качеств вина, всё, кроме "собрания в Церковь", не считающегося, по всей видимости, "условием" Литургии.)

«Все ранние памятники … согласно свидетельствуют, что собрание (συνάξις) всегда считалось первым и основным актом Евхаристии. На это указывает и древнейшее литургическое наименование совершителя Евхаристии: предстоятель, προιστάμενος, первая функция которого и состоит в возглавлении собрания, в том, чтобы быть "предстоятелем братии". Собрание, таким образом, есть первый литургический акт Евхаристии, ее основа и начало».

«Поэтому, в отличие от современной практики, собрание в древности предшествует входу предстоятеля. "Церковь,  —  пишет св. Иоанн Златоуст  —  есть общий для всех нас дом, и вы предваряете нас, когда мы входим... Поэтому сразу после мы приветствуем вас преподанием мира"».

Согласно нашей теперешней практике «всё начало литургии  —  вход священнослужителей, облачение их в священные одежды, умовение рук и, наконец, приготовление даров, не только стало как бы "частным делом" одного лишь духовенства, но и выделилось даже в особый "чин священныя литургии" со своим отдельным отпустом. Практику эту, хотя она формально и узаконена служебником, нужно рассматривать в свете другой, более древней, но тоже дошедшей до нас, практики архиерейского служения Евхаристии. Когда Литургию служит епископ  —  налицо и встреча его собранием, и облачение его посредине собрания, и невхождение в алтарь до малого входа, и, наконец, как бы повторное совершение им проскомидии перед самым приношением, т.е. теперешним нашим "великим входом". Неверно думать, что всё это возникло из особой "торжественности", свойственной архиерейской службе и против которой раздаются иногда голоса ревнителей "первохристианской простоты"». Наоборот  —  архиерейская служба гораздо более сохранила (не во всех деталях, а в основном) и форму, и дух ранней евхаристической практики,  —  потому что в ранней Церкви именно епископ был обычным предстоятелем евхаристического собрания. Много позднее, когда началось превращение местной Церкви-общины в административный округ ("епархия") и распад ее на множество "приходов", священник перестал быть заместителем епископа, заменявшим его при служении Евхаристии в экстраординарных случаях, превратился в "ординарного", обычного совершителя ее. «С точки зрения литургического богословия именно архиерейский чин входа в собрание можно считать более "нормативным", иерейский же, возникший "в силу обстоятельств", хотя практически возможно и неизбежных, но ни в коей мере не отменяющих значения собрания в Церковь, как действительно начала: первого и основного акта Евхаристии».


III

Связь друг с другом («соотносительность») служений предстоятеля и народа, их сослужение, выражается в диалогической структуре всех без исключения евхаристических молитв. Каждую из них собрание "запечатывает" словом Аминь, одним из ключевых слов христианского богослужения, связывающим в одно органическое целое предстоятеля и возглавляемый им народ Божий. Каждая из них (за исключением одной  —  "молитвы иерея о самом себе", читаемой во время пения Херувимской песни) произносится от имени народа. Каждая из составных частей литургии — чтение Слова Божия, возношение, причащение — начинается с взаимного преподания мира: — "Мир всем" — "И духови твоему..." И, наконец, содержанием всех молитв является хвала, благодарение, причащение народа, цель их — "соединение всех нас друг ко другу во единого Духа причастие...".

То же можно сказать и об обрядах Евхаристии: все они в той или иной мере выражают не только единство предстоятеля и народа, но и их "синэргию" — сотрудничество, сослужение в буквальном смысле этих слов. Так, чтение Слова Божия и изъяснение его в проповеди, составляющие, по единогласному свидетельству всех памятников, суть первой части литургии, очевидно предполагают что есть слушающие и воспринимающие проповедь. Перенесение проскомидии в алтарь и возникновение особого "жертвенника" в алтаре не уничтожило изначальной практики приношения даров от народа, что совершается в теперешнем "великом входе". Наконец, "целование мира", хотя оно и совершается ныне одним духовенством, по смыслу возгласа "Возлюбим друг друга!.." относится ко всему собранию, как и конечный возглас  —  "с миром изыдем..."

«Византийский обряд литургии систематически развивался в сторону всё большего отделения "мирян" от "духовенства", "молящихся" от "служащих". Византийское литургическое благочестие … сильно подпало под влияние мистериального восприятия богослужения, построенного на противоположении "посвященных" — "непосвященным"». Но и «это влияние оказалось бессильным коренным образом видоизменить изначальный чин Евхаристии, все еще каждым словом и действием выражающий именно сослужение всех друг другу, каждого на своем месте и в своем служении, в едином священнодействии Церкви. Другое дело, что первый, прямой и непосредственный смысл этих слов и действий перестал доходить до сознания как духовенства, так и мирян, и что в сознании этом возникла своеобразная раздвоенность между "данными" самого богослужения и их истолкованием; что, в результате этой раздвоенности, родились и бурно разрослись всевозможные "символические" объяснения самых простых слов и действий, с прямым смыслом часто почти не связанные». Этому новому благочестию не удалось затмить и извратить до неузнаваемости действительно соборного характера Евхаристии, оторвать ее от Церкви и, следовательно, от собрания.

«Даже самый наглядный и, по всей вероятности, самый печальный результат этого нового "благочестия" — фактическое отлучение мирян от причастия, переставшего вытекать из их участия в Литургии и потом ставшего для них чем-то исключительным,  —  не смогло ничего против прямого свидетельства самого евхаристического чина: "...нас же всех, от единого Хлеба и Чаши причащающихся...", "Со страхом Божиим и верою приступите..." и т.д. Всё это тексты, призывы, слова, относящиеся, без сомнения, ко всему собранию, а не к отдельным и единичным его участникам.

Как правильно пишет о. Н. Афанасьев, "если отбросить всё, что было привнесено в нашу литургическую жизнь, особенно в течение последних столетий, то между нею и древней практикой Церкви нет особо значительных расхождений. Основной дефект нашей литургической жизни заключается в том, что мы придаем большее значение случайно и неслучайно пришедшим особенностям наших литургических чинов, чем их сущности. Основные принципы учения об Евхаристии выступают в них достаточно ясно. Природа Евхаристии сохранилась в них незатронутой... Поэтому наша задача заключается не столько в том, чтобы произвести некоторые перемены нашей литургической жизни, сколько в том, чтобы осознать подлинную природу Евхаристии"».

 

Желаю всяческих успехов!  
редактор-составитель рассылки
Александр В. Поляков
ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU Каталог Христианских Ресурсов «Светильник»
поздравления мальчика с днем рождения 2 годика.