=рассылка *Христианское просвещение*=

Милость и мир от Бога, Отца нашего и Господа Иисуса Христа! (Рим.1:7)

Тема выпуска:
Православная церковь в России: начало XX века (1-2)

По книге
Дмитрий Поспеловский.

Православная Церковь в истории Руси, России и СССР.

// М., 1996.
Глава 9; стр. 207-228.

Предыдущая часть.

  • 12/12/1904  правительство пообещало ввести закон о веротерпимости. В ответ митрополит Петербуржский Антоний в записке царю указал, что такой закон поставит православную Церковь в неравное положение: остальные религии будут пользоваться свободой, только государственная православная Церковь останется стиснутой мелочным контролем со стороны государства.
     Победоносцев потребовал перевода церковного вопроса из Комитета министров в Синод; но в его отсутствие Синод принял еще более радикальное обращение к царю, требуя немедленно созвать Собор и избрать патриарха. Царь было согласился, но Победоносцев рекомендовал царю Собор не созывать, а от имени Синода разослать всем архиереям опросник о положении Церкви и необходимых преобразованиях. Три фолианта "Отзывов епархиальных архиереев" и книга программных предложений для будущего Собора за редкими исключениями требовали широких реформ. Большинство было за восстановление патриаршества, регулярность Соборов, ликвидацию обер-прокурорства, автономию Церкви, ее отделение от государственной бюрократии, децентрализацию Церкви — деление ее на самоуправляющиеся митрополии, пожизненность занимаемой архиереем кафедры, восстановление самоуправляющегося прихода, приближение литургического языка к разговорному — понятному среднему мирянину. Многие ратовали за восстановление выборности священников приходом. К их числу принадлежал и архиепископ Североамериканский Тихон (будущий патриарх). Однако он считал, что эта реформа потребует времени и подготовки. Более решительно он выступал за введение "некоторых изменений в... богослужебные чины", например, предлагал "сократить часто повторяемые ектений, читать гласно некоторые тайные молитвы". Тихон считал необходимым русифицировать славянский язык богослужения, допускал возможность изменения постов. После поместного он предлагал созвать Собор всех православных Церквей. Он выступал за сближение обрядов поместных Церквей, чтобы для инославных православие выглядело действительно единой Церковью. Поднимал он и вопросы о снятии "клятв" (проклятий) со старообрядцев и об отношении православия к западным конфессиям, особенно к англиканству. Он считал, что необходимо участие духовенства в выборных органах государственной и местной администрации для христианского влияния на политику.
     Относительно участия в Соборе мирян между представителями крайних мнений, такими, как Антоний Волынский, выступавшими решительно против голоса мирян и клира (и даже за Собор исключительно епископов), и такими, как Антоний Вадковский, выступавшими за равноправие голосов епископов и выборных представителей от клира и мирян, центристскую позицию занимал Сергий Финляндский. Он писал, что в идеальной Церкви епископат представляет ее всю, но для этого нужен епископат выборный, пользующийся доверием и любовью всего духовенства и мирян. При российской системе бюрократического назначения архиереи ни любовью, ни авторитетом не пользуются. Поэтому чтобы Собор был действенным и его решения были приняты всей Церковью, необходимо участие приходского духовенства и мирян с правом голоса.
     В 1905г. 32 петербургских священника, объединившись в "Союз церковного обновления", подали митрополиту Антонию две записки, опубликованные затем под названием "К церковному собору". "Обновленцы" отмечали, что в ранней Церкви существовали женатые епископы, и утверждали, что монашеские обеты уединения, аскезы несовместимы с функциями епископа, который должен находиться в самом круговороте жизни, быть политиком, администратором, дипломатом. Авторы записок также требовали отмены всех внешних наград в Церкви; участия приходского духовенства и мирян в управлении Церковью для очистки ее от клерикализма; выборности духовенства на всех ступенях; отделения Церкви от государства; максимального внедрения Церкви в общественную жизнь, внимания к социальным проблемам.
  • После успокоения революционной смуты в 1906 г. царь допустил созыв Предсоборного присутствия. Присутствие было особенно взволновано текстом апрельского 1905 г. Временного постановления о веротерпимости и учреждением Думы. Указ ставил православие в невыгодное положение по сравнению с другими религиями, получившими свободу и ставшими независимыми от государства.
     Заседая с марта по декабрь 1906 г., Предсоборное присутствие разработало четкие рекомендации по обособлению Церкви от государственных учреждений и определению ее полномочий в отношениях с государством.
     Ответом на эти рекомендации была холодная и обезнадеживающая резолюция царя от 25/4/1907: Собор пока не созывать. В надежде, что царь соизволит допустить Собор в год 300-летия царствования Романовых, за год до этого, в 1912 г., при Синоде открылось Предсоборное совещание. Но и просьба Синода к царю созвать Собор в 1913 г. осталось без ответа. Царь, лишившийся самодержавной власти с возникновением думской монархии, но всё еще преданный византийской традиции помазанничества и священности царского призвания, не мог решиться на лишение себя власти и над Церковью.
  • Реформы 1905-1906 гг., коренным образом преобразовавшие все мирские сферы русского быта, как будто обошли Церковь, которая по-прежнему оставалась в ведении обер-прокурора и синодальной бюрократии. Но дух времени, ожидание, что положение Церкви вскоре изменится, что синодальная система будет отменена, а также Дума и участие в ней духовенства не могли не повлиять на жизнь Церкви. Снова появились и стали множиться разнообразные религиозно-философские кружки и общества, популярно-дискуссионные публикации на религиозные, религиозно-общественные и религиозно-философские темы. Многие из них призывали Церковь и христиан к широкой общественной деятельности. При приходах начали появляться братства, занимающиеся благотворительностью и нравственно-религиозным просвещением. Возрождалось церковное проповедничество, продолжавшееся и после революции и уничтоженное только террором 30-х гг. Многие из интеллигентов, вернувшихся в Церковь, приходили к священству. Широко известны имена Флоренского, С.Булгакова, Валентина Свенцицкого, князя Ухтомского, ставшего епископом, но на самом деле таких "обращенцев" было гораздо больше. Своего рода манифестом православных неофитов из бывших марксистов стал знаменитый сборник "Вехи" 1909 г. Среди авторов сборника были такие выдающиеся русские мыслители XX века, как Семен Франк, С.Булгаков, Н.Бердяев, П.Струве; они подвергли беспощадно критическому анализу русскую интеллигенцию, ее беспочвенный, наносной, чуждый русской культуре западническо-атеистический радикализм. Авторы предупреждают интеллигенцию, что, распространяя нигилизм и атеизм среди народа, она толкает Россию к кровавой развязке. Выхолащивая из народа его инстинктивные духовные начала, она в состоянии выпустить на волю зверя. Выпущенная на волю и не сдерживаемая религиозными понятиями разрушительная сила сметет в кровавом месиве всё и вся, в том числе и культуру послепетровской России. "Вехи" призывали к умеренно-реформационному консерватизму и возвращению к  ценностям христианства. Приход образованнейшей части русской интеллигенции позволил голосу Церкви вырваться за пределы, установленные для него усилиями царского правительства, синодальной бюрократии и революционеров. Влиятельные в обществе люди со связями в либеральной печати уже не позволяли правительству затыкать Церкви рот.
     Однако юридическое и институциональное положение Церкви было то же, что и до 1906 г. Почему же Церкви не удалось добиться свободы, когда ее добилось светское общество? Во-первых, прогрессивная общественность, боровшаяся за гражданские права, была далека от понимания проблем Церкви и относилась к ней как к "православному ведомству" государства. Во-вторых, наиболее радикальные слои интеллигенции не были заинтересованы в оздоровлении Церкви и росте ее авторитета, поскольку Церковь могла стать эффективным нравственным барьером на пути революции. В-третьих, для Церкви, взращенной на традиции церковно-государственной симфонии и на христианской нравственности, неприемлемы были те методы борьбы, к которым прибегало светское общество, а тем более радикалы.
  • В 1916 г. думское духовенство подало царю прошение о необходимости созыва Собора и избрания патриарха. В прошении говорилось, что восстановление соборного управления Церковью необходимо для того, чтобы государство перестало использовать православное духовенство как инструмент внутренней политики правительства. Но и оно осталось безответным.
  • С 1906 г. шли в Синод тревожные докладные из епархий об упадке веры в народе, особенно в таких промышленных районах, как Урал. Отчеты говорят об успешной агитации среди рабочих под лозунгом "Нет Бога, долой Церковь!", о том, что почти все семинаристы, студенты и школьники — дети духовенства на стороне революционеров, духовенство же ленится преподавать в церковно-приходских школах, хиреющих в то время как число земских школ, где "учителя ведут пропаганду против Церкви", растет. Об уменьшении реального числа верующих свидетельствовали и отчеты военных духовников: после того как Временное правительство отменило обязательное приобщение Святых Тайн для военнослужащих православного исповедания, количество причащающихся упало с почти 100% в 1916 г. до менее 10% в 1917 г.
     Никогда, быть может, престиж православной Церкви и, особенно, духовенства не падал так низко, как накануне победы большевиков. Этому был ряд причин. Шла неудачная кровавая война, особо тяжким бременем ложившаяся на деревню, поскольку рабочие часто получали бронь, как работающие на войну, а крестьяне соответствующих возрастов мобилизовывались почти поголовно. Деревня и простые солдаты оставались, в основном, в неведении смысла войны и таких колоссальных жертв и не понимали, почему духовенство поддерживает войну; поэтому вместе с антивоенными росли и антицерковные настроения. Падению авторитета Церкви способствовала и антигосударственная и антицерковная пропаганда левых партий, нередко проводившаяся учителями-народниками в земских школах, а также деятельность Распутина и ряда его ставленников-епископов.
  • В результате отказа Николая II допустить созыв Собора, а затем его отречения от престола, Церковь вошла в революцию не только без внутренней инфраструктуры, но и обезглавленной, ведь царь был главой Церкви с 1721 г. Отрекшись от престола, царь не позаботился о создании альтернативных структур управления и тем самым обрек и страну, и Церковь на произвол.
  • Первым обер-прокурором от Временного правительства был В.Н.Львов. Львов был ярым противником Распутина, но человеком неустойчивым, темпераментным, с деспотическими старорежимными замашками, которые стали нетерпимыми в условиях наступившей свободы. Недовольные характером Львова, члены Синода фактически саботировали его решения, и в апреле 1917 г. Львов разогнал старый состав Синода, оставив только архиепископа Сергия (Страгородского) и, в качестве председателя, только что сброшенного грузинами экзарха-митрополита Платона.
     Принятое Синодом под давлением нового обер-прокурора обращение к народу, приветствовавшее Временное правительство и призывавшее к верности ему, было подписано, в частности, митрополитом Антонием (Храповицким), известным своими правомонархическими настроениями.
     Явившись еще в старый Синод, Львов потребовал в послании к народу признать и поддержать новую власть. Добровольность этого обращения Синода может вызывать сомнения, но показателем подлинных настроений может служить отказ Синода выступить в поддержку царской власти (по призыву обер-прокурора — распутинца Раева) еще до отречения царя. По-видимому, к тому времени даже высшая иерархия Церкви разделяла общее раздражение Николаем II. Его обвиняли в неудачном ведении войны, в назначении безответственных лиц на руководящие гражданские и военные должности и особенно в распутинщине. Синодальные послания в марте и июле 1917 г., приветствовавшие "эру свободы", дарованную Временным правительством, нельзя считать вынужденными.
     Новый "львовский" Синод отправил на покой 12 архиереев-распутинцев и призвал Церковь избирать епископов епархиальными съездами духовенства и мирян: так на Московскую кафедру попал митрополит Тихон, будущий патриарх, на Петроградскую  —  Вениамин, на Тобольскую — Гермоген, сосланный в свое время Николаем за критику Распутина. Синод принял временное положение об автономном приходе как юридическом лице и первичной церковной единице.
  • 8/5/1917 был объявлен созыв Предсоборного совета на 11 июня. Совет, по определению Синода, состоял из всех членов Синода, 7 архиереев, избранных правящими епархиальными и их викариями "из своей среды", 8 делегатов от Всероссийского съезда духовенства и мирян; 4 делегата от духовных учебных заведений; 8 делегатов по избранию Советов духовных академий; 2 делегатов по избранию монашествующих; 1 представителя Грузинской Церкви; 1 представителя единоверцев и 18 лиц, кооптированных Синодом. К 10(23)/7/1917 Синод объявил о начале выборов делегатов на Собор с тем, чтобы он открылся 15(28) августа. К открытию Собора Временное правительство ликвидировало синодально-прокурорскую систему, заменив ее Министерством вероисповеданий во главе с молодым доцентом богословия А.В.Карташевым. Единственный серьезный конфликт Церкви с Временным правительством был вызван национализацией им всех церковно-приходских школ.
  • Сразу же после Февральской революции произошел церковный переворот в Грузии — был арестован и изгнан в Россию экзарх Платон и объявлено о предстоящем выборе католикоса. Еще Предсоборное присутствие 1906 г. признало незаконность отмены русским правительством автокефалии Грузинской Церкви, на повестке грядущего Собора был вопрос восстановления самостоятельности Грузинской Церкви.
  • Общественность, в том числе и церковная, бурлила. В Петрограде ожила "Группа 32 священников". "Союз петроградского прогрессивного духовенства" призывал духовенство идти на фабрики к рабочим и вместе с ними бороться за социальные реформы. Священник А.Введенский создавал "Всероссийский союз демократического православного духовенства", проповедуя социализм.

Обратите внимание, что редактор-составитель рассылки не является, как правило, автором текстов, которые в рассылке используются. Автор текста указывается перед текстом.

Желаю всяческих успехов!  
редактор-составитель рассылки
Александр В. Поляков
<= предш. вып. темы
ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU Каталог Христианских Ресурсов «Светильник»
Ключи стим дешево купить
В продаже - ключ ключ, цены ниже! Неликвидные остатки
steamplay.ru